Житейская история со скорпионом

skorpiony

skorpiony«Вася, не балуй!»

:Душный южный вечер постепенно перешёл в ещё более жаркую азиатскую ночь. В большой землянке-столовой, вырытой на краю почти стометрового отступа, обрывающегося к Аральскому морю, смолкли разговоры, затихла гитара. Но расходиться геологам по своим маленьким землянкам не хотелось.

— Что-то Василий сегодня запаздывает, — задумчиво глядя на часы, сказал начальник партии Юра. — Обычно он приходит в 11 часов, а сейчас уже четверть двенадцатого.
Я с недоумением уставился на дверь землянки. Какой ещё Вася? Тут в любую сторону до ближайшей деревни 1000 километров.
— Не туда смотришь, — услышал я насмешливый голос, — ты на стенку погляди!
Ещё мгновение назад обитая листами бумаги стена была пустой и чистой. Вдруг по ней мелькнула лохматая «молния», и точно в центре светлого пятна появилась огромная, в ладонь величиной, фаланга.
— Видел когда-нибудь подобное? — с гордостью произнёс Юра. — Я в пустыне уже
7 лет работаю, но такого красавца встречаю в первый раз. Мы его Васей назвали в честь начальника экспедиции. Он у нас тоже лохматый и зубастый. Подожди, я его сейчас поймаю, сможешь поближе рассмотреть.
Юра схватил банку и точным движением прижал её горлышко к спокойно сидящей на стене фаланге. Потом просунул между стеной и банкой кусок картона. «Зверь» пойман.
Смотри, любуйся! — С этими словами он возгрузил банку на стол прямо передо мной и снял картон.
Мы уставились друг на друга. Нехороший взгляд был у этой фаланги, какой-то оценивающий. Она угрожающе пошевелила огромными челюстями, благо у неё их было две пары, и приблизилась к стеклянной стенке.
Юра, безусловно, был прав. Размеренными движениями, беспрестанно жующими челюстями фаланга действительно здорово походила на начальника экспедиции Василия Н.
Продолжая жевать, фаланга легко приподнялась на задние лапы и вдруг, легко дотянувшись до края банки, взлетела на неё. Сидящие вокруг геологи остолбенели. Первым пришёл в себя Юра и с воплем: «Вася, не балуй! — попытался сбросить банку на пол. Но Вася оказался проворнее. Он уже шустро несся на своих 8 ногах к краю стола прямо на меня. »
«А вдруг Вася обиделся?» — мелькнуло у меня в голове, и в одно мгновение я перелетел через скамейку и плюхнулся на земляной пол. Дальнейшее наблюдение за фалангой я вёл из положения лёжа.
После моего исчезновения Вася резво повернулся и, как хорошая скаковая лошадь, закидывая задние ноги в сторону, понесся на противоположную сторону стола. Там он, воспользовавшись, как ступеньками, коленками Наташи, соскочил на пол и скрылся в тёмном углу комнаты.
Землянку прорезал тонкий вибрирующий крик, быстро перешедший на ультразвуковой диапазон. Это Наташа взлетела на скамейку и стала судорожно сбрасывать давно исчезнувшую фалангу со своего платья. Через мгновение к её крику прибавился второй, не такой тонкий, зато на порядок более громкий. На этот раз кричала Галя. Ей показалось, что соседка сбросила фалангу ей на брюки. Несколько минут сидящие за столом геологи с удовольствием наблюдали весьма поучительную картину. Две лучшие подруги, стоя друг перед другом на скамейке и истошно вопя, попеременно «сбрасывали» друг на друга воображаемую фалангу.
На следующий день Вася не пришёл. Не появился он и в последующие вечера. Геологи шумно выражали своё возмущение начальнику партии, но было уже поздно. Фаланга расценила поведение Юры как предательство и покинула территорию лагеря.
Радовались расставанию с Васей только девушки. И если говорить честно, их можно было понять. Кроме омерзительной внешности, фаланга обладает ещё двумя парами мощных челюстей, которыми она легко перекусывает скорпионов. Любимым развлечением некоторых геологов является стравливание большой фаланги с несколькими максимально крупными скорпионами. Результат, как правило, один — фаланга получает дармовой обед. Но испугались Галя и Наташа не только вида огромного паука. Он относится к разряду опасных насекомых Средней Азии. Правда, своего яда у фаланги нет, но всё равно от его укуса может не поздоровиться. Фаланга питается падалью, поэтому её челюсти часто бывают заражены трупным ядом.
Вернувшись в Москву, девушки со смехом рассказали начальнику экспедиции о его тёзке и: нарвались на выговор. Правда, не за то, что называли фалангу именем начальника, а за нарушение техники безопасности при обращении с насекомыми пустыни.
Какое естественное движение человека, почувствующего, что к нему на шею кто-то сел? Прихлопнуть комара или назойливую муху. В средней полосе такое резкое движение поможет сохранить каплю своей, родной крови. А в Средней Азии это верный способ попасть в больницу. В один из полевых сезонов у нас из-за такого «шлепка» чуть не погиб шофёр. Он хлопнул себе по шее, сгоняя надоедливое насекомое, и придавил пригревшегося там скорпиона. Тот, разумеется, куснул его. Страшна была не боль, хотя и удовольствия от укуса шофёр не получил. Опаснее оказалась увеличивающаяся с каждой минутой опухоль. Она всё сильнее давила на горло. Человек начал задыхаться. Находились мы в это время в двух днях езды до ближайшей больницы. Помощи ждать было неоткуда. К счастью, часа через два опухоль прекратила расти, и всё кончилось «лёгким» испугом.
У меня таких неприятностей с насекомыми или со змеями за 15 лет работы в пустыне не было. В первый же год мне было продемонстрировано, как вести себя с её коренными обитателями. Произошло это в центре огромной пустыни, раскинувшейся между Аральским и Каспийским морями.
После утомительного дня мы отдыхали около костра. Разговаривать не было сил, поэтому участники экспедиции просто смотрели на пляшущие языки пламени. Вдруг я увидел, как небольшая фаланга скользнула по руке доктора географических наук Елизаветы Алексеевны, большая часть жизни которой прошла в таких поездках, и исчезла в рукаве её рубашки. «Осторожно, фаланга!» — испуганно закричал я.
— Не бойтесь, Миша, ничего страшного не произошло. Просто не нужно делать резкие движения.
Действительно, через минуту-другую насекомому надоело бродить по человеческому телу. Фаланга выбралась из рубашки и исчезла в темноте:
Северяне, попавшие в Азию, часто удивляются, встретившись с туркменами или узбеками, с их нарочито медленными, ленивыми движениями. Но это не лень. Просто сотни лет общения многих поколений людей с ядовитыми насекомыми и змеями выработали несуетливый стиль жизни, являющийся самой совершенной защитой от опасных обитателей пустыни.

Михаил БУРЛЕШИН.

Статьи по теме

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*